Зеленский про Мамедова: Это было личное решение Венедиктовой

Журналисты спросили, зачем президент «позволил генпрокурору Ирине Венедиктовой блокировать» департамент надзора по уголовным производствам в отношении преступлений, совершенных в условиях вооруженного конфликта («департамент войны»), от руководства которым она отстранила Мамедова.

«Хм. Во-первых, что значит позволил Венедиктовой? Такое ощущение, что каждый день в шесть утра у меня в приемной сидят генпрокурор, ГБР, НАБУ… НАБУ еще не сидит, стоит, наверное? Ну, то есть это ощущение такое», – ответил Зеленский.

По словам президента, он знает о ситуации с Мамедовым.

«Но я не участвовал, потому что я считаю, что ответственность на этом именно его руководства. Это госпожа Венедиктова, это ее решение, ее личное. Посмотрим. Она недовольна, насколько мне известно, недовольна именно этим направлением, нет никаких серьезных результатов в этом направлении. Это мне известно, вот и все», – сказал Зеленский.

Теперь глава государства хочет посмотреть, как этот департамент будет работать в другом формате и будут ли результаты. По его словам, если результаты появятся, генпрокурор была права, если не появятся, решение было ошибочно.

Зеленский подчеркнул, что вмешивается, когда появляется много обращений относительно «крупных ошибок тех или иных правоохранительных органов», и даже много раз занимался примирением их руководителей.

«Собирал их у себя, много раз просил: не надо оскорблять страну, не надо преследовать, например, ездить по городу один за другим, не надо играть в детство. Считаю, что это детство, и считаю, что занимаются иногда они просто собственным пиаром», – заявил президент.

Кроме того, в комментарии Центру журналистских расследований Зеленский сказал, что, если на Мамедова осуществляется какое-то давление, он может позвонить президенту лично. «Хотя я не должен, честно говоря, как президент влиять на происходящее в прокуратуре. Но он всегда это может сделать», – отметил глава государства.

По словам Зеленского, он встречался с Мамедовым по вопросам, «не связанным с правоохранительными органами», больше раз, чем с генеральным прокурором.

Контекст:

30 июня департамент надзора по уголовным производствам в отношении преступлений, совершенных в условиях вооруженного конфликта, который курировал Мамедов, переподчинили другому заместителю генпрокурора – Максиму Якубовскому. Это решение раскритиковали правозащитники. По их мнению, благодаря Мамедову в производствах по военным преступлениям и преступлениям против человечности, совершаемым оккупационными властями в Крыму и на Донбассе, был достигнут реальный прогресс и уважительной причины для его отставки нет.

После критики в Офисе генпрокурора изменили решение по Якубовскому, с 1 июля работу департамента курирует лично Венедиктова.

Публично генпрокурор не комментировала свое решение, но на встрече с правозащитниками и юристами сказала, что отстранила Мамедова от руководства «департаментом войны» из-за секретных писем от СБУ, содержание которых она раскрыть не может. Адвокат Евгения Закревская, которая была на встрече, уточнила в Facebook, что СБУ направила в Офис генпрокурора письмо о якобы «нарушении Мамедовым режима доступа к государственной тайне».

8 июля у Мамедова забрали еще и департамент защиты интересов детей и противодействия насилию, а также тренинговый центр прокуроров.

20 июля юридическая фирма «Миллер» сообщила, что 7 июля Государственное бюро расследований открыло уголовное производство относительно Мамедова по ч. 1 ст. 366 (служебный подлог) Уголовного кодекса Украины. Мамедову вменяют, что он не указал в документах работу по совместительству в Одесском национальном университете имени Мечникова.

26 июля адвокаты проинформировали, что Мамедов увольняется с должности замгенпрокурора и уходит из прокуратуры после 25 лет работы в ведомстве. Причиной указали давление со стороны руководства Офиса генпрокурора и СБУ.